Светское государство. Ответы на вопросы urokiatheisma denga

 

 

 Гуго — дельфин-касатка, живущий в Морском океанариуме (Флорида, Майями), лишился кончика носа.
Как это случилось? Доктор Джесс Байт, главный ветеринар океанариума, считает, что Гуго был выведен из состояния равновесия двумя вещами. Первое: он слышал, как в соседнем бассейне громко «разговаривала» его подруга Лолита.
Второе: дополнительные волнения могли быть вызваны устройством его нового бассейна.
«Гуго похож на щенка огромных размеров,— объясняет доктор Байт.— Он хочет, чтобы люди были вот тут, рядом с ним, в его бассейне». Когда он перерос свой старый бассейн, его переместили в больший, где было окошко диаметром примерно полтора метра. Толстое стекло выдавалось внутрь бассейна. Доктор Байт предполагает, что Гуго раздражало то, что он не мог дотронуться до посетителей, мелькавших в окне. Первого октября 1970 года Гуго со всей своей огромной силой ринулся к окну и пробил в толстом органическом стекле дыру. Остый край срезал кончик его носа примерно на пять сантиметров.
Готовясь к операции, доктор Байт пытался применить местную анестезию, но проколоть иглой грубую кожу дельфина оказалось невозможным. Операция заняла 45 минут. Гуго ни разу даже не вздрогнул. Как и все другие представители его семейства, дельфин-касатка пользуется своим носом как оружием, и болевой порог кончика носа у него очень высок.
Отрезанный кусочек, пришитый на место, действовал как большой пластырь, и доктор Байт рассчитывал, что может начаться процесс регенерации. Способность дельфина-касатки к регенерации уже наблюдалась в нескольких других случаях.
Через семь дней пришитый кусочек побелел и отмер. Когда скрепки были
сняты, этот кусочек отпал. Но под ним уже начался процесс грануляции. Через четыре месяца нос дельфина приобрел почти нормальный вид.
«Произошла регенерация ткани, а не образование рубца, нос восстановил свою гидродинамическую форму и даже цвет»,— рассказывает доктор Байт.
Может этот эксперимент как-то помочь в исследованиях человеческих заболеваний? Доктор Байт считает, что это возможно, если удастся найти «пусковой механизм» процесса регенерации, синтезировать или использовать каким-то другим путем участвующие в нем вещества.
Еще более важно выяснить следующий вопрос. Если эти существа могут так быстро репродуцировать клетки, то, очевидно, они должны быть подвержены большей опасности возникновения раковых клеток, злокачественного типа роста. Но этого не происходит. У этих животных рак никогда не наблюдался. В чем здесь дело?

Перевод с английского
(из   журнала   «Сайенс дайджест»).

Наука и жизнь 1972 №01

 

aD