Наука

Новости мира



Римский паразит времен падения империи

User Rating:  / 0
PoorBest 

Сидоний Аполлинарий
РИМСКИЙ ПАРАЗИТ ВРЕМЕН ПАДЕНИЯ ИМПЕРИИ
(Письмо, около 480 г.)

Одно уважаю в тебе, одному радуюсь, удивляюсь, что из любви к безупречной жизни ты избегаешь общества людей постыдных, в особенности тех, которые даже не считают преступными своих грязных стремлений и с отвратительным смехом говорят о них; для красного словца они марают слух другого неприличными выражениями; знай же, что таковы отъявленные паразиты (gnatho, дармоед) нашего отечества. Беспощадные сплетники, они выдумывают слухи о преступлениях и преувеличивают худую молву; они много говорят, но ничего не скажут; желают смешить, но не веселят; высокомерны, но непостоянны; любопытны, но непроницательны; и еще более мужиковаты, от излишнего старания быть изящными в манерах; они удивляются всему настоящему, осмеивают прошедшее и презирают будущее. Паразиты назойливы, когда чего-нибудь домогаются; раздражены, получив отказ; когда им дают, они жадны, и скупы при возврищении; постоянно жалуются, когда требуют от них должного, и громко кричат о себе, когда выполняют то, что они и без того обязаны сделать. Когда просят их об услуге, они показывают большую готовность, но хитрят, когда нужно сдержать слово; их дело -изменить тайне, оклеветать, отказаться от возвращения полученной вещи.

Они ненавидят пустоту в желудке и ищут обедов; хвалят не тех, кто праведно живет, но кто хорошо кормит. Такой человек, однако, сам очень скуп, и для него чужой хлеб - самый вкусный; дома он есть только то, что ему удастся стянуть с обеда среди града пощечин. Но я не могу совершенно умолчать об обжорстве такого человека: он постится всякий раз, когда его никуда не приглашают, но, по привычкам паразита, сначала отказывается, когда его просят; он шпионит, когда его избегают; ворчит, когда его исключают; восхищается, когда приглашают, и ждет, чтобы его побили. За столом, если не поспеет съесть чего, так украдет; плачет, если слишком скоро наестся; жалуется на то, что все хочется пить; опьянев, изрыгает рвоту; шуткой оскорбит других и рассердится, если подшутят над ним. Он решительно походит на помойную яму, которая тем хуже воняет, чем больше раскапывают ее. При такой жизни мало находится людей, которым он нравится; никто его не любит и всякий смеется над ним. Хвастун, привыкший к побоям, любитель попьянствовать, еще больший охотник поклеветать, он, кажется, в одно время извергает изо рта и грязь, и винный запах, и яд своего красноречия: так что не знаешь, чего в нем больше - всякой дряни, или винных паров, или, наконец, нахальства.

Ты скажешь, что лицо всегда отражает качества души, и одна наружность может уже сказать многое. Действительно, у изящного человека и красивого наружность уже обращает на себя всеобщее внимание. А паразит гораздо грязнее, безобразнее трупа полуобгорелого, свалившегося случайно с погребального костра, когда сам могильщик (pollinctor, умащатель), чувствуя отвращение, не соглашается снова толкнуть его в пламя.

Скажу более: у него есть глаза, но без свету: они, подобно болотам Стикса, слезятся во тьме. Паразит отличается большими ушами, как у слона, и покрытыми кожей со струпьями; во внутренних же их складках находятся затверделости и бородавки. Нос его с широкими ноздрями и узким переносьем; отсюда противный вид и дыхание спертое. Потом следует рот, окаймленный свинцовыми губами, с звериной пастью, с нечистыми деснами, желтыми зубами; из дупла коренных, почти подгнивших, исходит удушливый запах, с которым смешивается отрыжка от вчерашних блюд, обременяющих желудок, и поднятие худо переваренных ужинов. Лоб его наморщен отвратительным образом, с длинными бровями. Он растит также бороду, которая, несмотря на старческую уже белизну, чернеет от болезни Силлы. Все его лицо, наконец, так бледно, как будто видения и тени приходят пугать его. Я ничего не скажу о его теле, одержимом подагрой и потопленном в жиру. Умолчу и о мозге, почти совсем высохшем от частых побоев по голове, широкий череп которой имеет на себе столько же рубцов, сколько волос. Умолчу и о том, что, вследствие короткости шеи, его плечи сходятся на затылке. Умолчу и о его неграциозных плечах, о его некрасивых руках и бессильных пальцах. Умолчу о руках, разбитых параличом, обложенных пластырем и обвязанных лохмотьями. Умолчу о подмышках, провонявших псиной и обдающих посторонних собеседников двойными испарениями Ампсанкта (город в К )жной Италии, известный дурным воздухом). Умолчу о его груди, обвисшей от жиру, как у кормилицы, и что отвратительнее видеть у мужчины. Умолчу о его животе, спустившемся чуть не до земли... Что сказать о его спине, о позвоночном хребте? Хотя от него идут вокруг ребра, чтобы прикрыть грудь, но этот ветвистый скелет затоплен вышедшим из берегов желудком. Умолчу о ребрах, о заде, в сравнении с которым передняя часть тела кажется ничтожной. Умолчу о его бедрах, сухих и погнувшихся, о непропорциональных коленях, о слабых икрах, о сухих голенях, о прозрачных пятах, о маленьких пальцах и больших ступнях. Но, несмотря на всю безобразность частей своего тела, полуживой и бессильный, он не в состоянии ходить без поддержки, и является еще отвратительнее в словах, чем в своей внешности. Бесчестные слова приятно щекотят его язык, и в особенности хозяин должен бояться за свои секреты; он будет хранить их, пока все идет хорошо, а в сомнительном случае выдаст; если случайно удастся ему разузнать семейные тайны, то тотчас же новый Спартак устраняет все преграды, разрушает все предосторожности, и в семействах, против которых нельзя вести открытую войну, он действует тайными подкопами. Таким-то образом наш Дедал строит здание своей дружбы, сопутствуя товарищам в счастии, как Тезей, и оставляя их в несчастии, как Протей.

Итак, ты исполнишь мое желание, если избегнешь сношений с подобного рода людьми, особенно же с теми из них, которых бесстыдные и достойные театра речи не знают никакой узды, никакого предела. Люди, которые в пустой болтовне переступают пределы приличия, и невоздержанный язык которых вязнет в грязи нахальства, эти люди имеют и совесть, замаранную преступлениями. Впрочем, гораздо легче встретить человека, речи которого важны, а жизнь зазорна, нежели человека, который выражается неприлично, а нравами безукоризнен. Прощай.

Новости России