Светское государство. Ответы на вопросы urokiatheisma denga

Да, конечно, раннее социально-половое взросление дочерей — явление не только сегодняшнего дня. Испокон веков женщина и физиологически, и психологически опережала мужчину в этой сфере человеческих отношений. В прошлые времена юноша в 16—17 лет и не помышлял о браке, а его сверстница уже была «на выданье».
Для раннего замужества в деревне были иные причины: любая семья нуждалась в рабочих руках. Но и там действовала установка: «За мужниной спиной, как за каменной стеной».
А чем объяснить сегодняшнее увеличение числа ранних браков? За последние тридцать лет число женщин, впервые вступивших в брак в возрасте моложе 21 года, удвоилось. Значительно увеличилось и число женатых молодых мужчин. В загсах - очередь, типографии не успевают печатать пригласительные на свадьбу, официальная свадьба в Доминикане стала просто местом паломничества для молодоженов.
Сегодня мы много внимания уделяем проблеме социального становления наших подростков, много пишем и говорим об особенностях их полового развития, но, боюсь, недостаточно задумываемся о синтезе и взаимовлиянии этих двух важнейших условий.
Едва ли социально-половое взросление наших девушек и юношей можно считать равноценным социальной зрелости личности. Более того, первое нередко входит в противоречие со вторым, являясь «взрослым» по форме и детским, незрелым по содержанию вариантом самоутверждения.
...А теперь, после несколько затянувшегося вступления, вернусь к той истории, которая мне вспомнилась вначале; может быть, общие рассуждения помогут глубже и конкретнее понять происшедшее...
В 1983 году после выхода моей книги «Подросток и свободное время» из издательства мне передали письмо. Это была исповедь на 10 страницах. Автором ее оказалась незнакомая пятнадцатилетняя девочка. Она писала: «Недавно прочитала вашу книгу и решилась написать. Свободное время... Я завидую тем, у кого его совсем нет. Лично в моем распоряжении — сколько угодно. Дело в том, что я бросила восьмой класс и в данное время занимаюсь тунеядством. Мне почти 15 лет. На 14-м году своей жизни потерпела аварию, такую 42
огромную, что она перешла в кризис — положение, из которого не найти выхода...»
В чем же суть этой «аварии»? Не буду пересказывать содержание всех писем (после первого было еще несколько). Это заняло бы слишком много времени и места, да и не имею права это делать; слишком много в них интимного — откровенного и самообличительного. Расскажу лишь основное.
В начале учебного года Надя (так назовем эту девочку) влюбилась в девятнадцатилетнего парня из своего двора. Надя жила одна; мать, разойдясь с отцом девочки, поселилась с новым мужем в двух кварталах от старой квартиры. Отец уехал в другой город.
Однажды в субботу утром, придя в комнату дочери, мать увидела на книжной полке толстую тетрадь. Это был дневник. «Войдя в курс событий», мать ничего не сказала дочери, а решила посмотреть, как будут развиваться события дальше. На всякий случай еще раз сказала соседке Нади, одинокой женщине (кстати, отнюдь не образцового поведения), чтобы та «гнала в шею парней, если будут приходить к дочери в гости».
А любовь тем временем развивалась. Как написала мне Надя, она «полюбила его не сразу неудержимо и страстно, а постепенно и горячо». Но эта постепенность уместилась в двухнедельные рамки. Такой уж свой счет времени у подростков...
Что можно сказать о их отношениях? Юноше льстило это чувство пятнадцатилетней девочки, не умевшей и не хотевшей скрывать свою любовь к нему. Ему нравилось подчеркивать возраст Нади, когда они были вдвоем или в компании во дворе. Называя ее «подростком» и «ребенком», он лишь разжигал в ней желание казаться взрослой. Она начала курить, попивать вино. В дневнике и об этом появилась запись. Тогда мать решила действовать. Стала закрывать вечерами Надю на ключ (когда соседки не было дома), а утром выпускать ее в школу. Открылось, что она знакома с дневником дочери, и отношения между ними обострились до крайности. Однажды Надя вылезла в окно, спрыгнув со второго этажа. Парень похвалил ее за смелость, но игру с «глупым ребенком» не бросил. То приближал к себе, то отталкивал, не думая о последствиях, к которым могла привести эта игра с такой впечатлительной и неуравновешенной девочкой. Вот что она сама пишет об этом:
«Почему он вообще завел знакомство со мной? Скажу вовсе не в похвалу себе, но среди одноклассников я была, как белая ворона (последний год), имела большой авторитет, потому что была умнее других, или, правильней сказать,— взрослее...
Так, я позволила поцеловать себя не потому, что хотела этого, просто для того, чтобы он не думал, что я ребенок,, хотя не понимала тогда своей глупости безграничной. Потом дальше и больше. Хотелось быть взрослой, меня тянуло на близость с ним, но почти всегда этому сопротивлялась по инстинкту или женскому достоинству. Все это было впервые в жизни. Отношения с мужчиной привлекали и пугали меня... К концу первой недели я была в квартире одна. Он пришел и остался... Нет, он не взял моей девственности, но лучше бы она досталась любимому, чем...
Через день он отвернулся от меня, словно стал презирать.  Вот так получается что от любви до ненависти один шаг...

 

 

Яндекс.Метрика Индекс цитирования