Явка обязательна

Молодой восторженный инженер ворвался в приёмную.
—  Мне срочно нужен директор! У меня блестящая идея! Пожилой начальник цеха, сидевший в унылой позе около стола
секретарши, саркастически улыбнулся:
—  Наивный человек! Я вот уже месяц, как хожу, чтобы увидеть директора, и не вижу как-будто он получил вид на жительство в Литве http://www.bon.lt/ru/uslugi/litovskij-vremennyj-vid-na-zhitelstvo. А у меня не только идея, но целый цех.
—  Неужели товарищ Прохоров не хочет нас принять?
—   Хочет, но не может. Как он примет, его ж всегда нет. Услышав этот странный разговор в приёмной директора Новосибирского металлургического завода, мы заинтересовались таинственной пропажей главы предприятия. Куда исчез он?
Приёмная всё больше и больше наполнялась посетителями. Так как у нас сердце не камень и было невыразимо тяжело видеть страдания людей, безвременно утративших своего руководителя, мы приняли смелое решение — снарядить поисковую экспедицию.
Секретарша сказала со слезами на глазах:
—  Товарищи, хоть убейте, всех звонков и повесток не упомню! Знаю только, что к 10 часам утра директора вызвали в обком партии к товарищу Жуковскому.
—  Вперёд! — с отчаянной решимостью воскликнули мы. Начальник цеха и предзавкома последовали за нами.
В приёмной секретаря обкома тов. Жуковского нам сухо пояснили, что директор завода действительно был вызван сюда к десяти утра на совещание о строительстве кирпичных заводов. Однако в десять тридцать он должен быть уже на другом совещании — у председателя горисполкома Шевнина. О строительстве школ.
Мы попросили шофёра дать предельную скорость и ринулись к зданию горисполкома. В приёмной нас ожидала счастливая неожиданность. Мы столкнулись лицом к лицу с самим Прохоровым. Директор стремительно выбегал из председательского кабинета. Начцеха и предзавкома бросились к нему, издавая ликующие возгласы. Прохоров только устало махнул рукой и пробормотал на ходу: «Не могу, разрываюсь». С этими словами он быстро исчез.
След был бы невозвратно потерян, если бы нас не выручила любезная горисполкомовская секретарша.
—  Понимаете,— рассказала она,— товарищ Прохоров и в самом деле как бы разорвался на две части. На этот же час он вызван на другое совещание — об отгрузке  металлов — к председателю  Кировского райисполкома Бабанакову.
—  То есть это как у Маяковского в «Прозаседавшихся»! Он на двух заседаниях сразу. До пояса здесь, остальное там.
—  При   чём   здесь   Маяковский? — обиделась   секретарша.— Вы знаете Маяковского, но ещё не знаете нашего Бабанакова...
Когда мы приехали на другой конец города, в Кировский райисполком, то поняли, что феерическая фантазия Маяковского-сатирика действительно меркнет перед заседательским гением Бабанакова. Совещания у этого энергичного товарища шли по непрерывному конвейеру. С заседания бюро райкома, на котором, кстати, сидел и пропавший директор Прохоров, Бабанаков вернулся в райисполком и со свежими силами созвал на 16 часов новое совещание — о мобилизации автомашин. Прохоров сидел и на нём, стараясь отличить смешавшиеся в его сознании автомашины, слитки металла, кирпичные заводы, школы и больницы. В это время ему строго объявили, что также ровно на 16 часов неутомимый Бабанаков назначил совещание — по бюджету. Увидев нас в райисполкоме, Прохоров прошептал:
—  Спасите, братцы! Хочу на завод!
—  Спасём!—крикнул энергичный предзавкома  и уже потянул директора за рукав, но тут послышался строгий голос секретарши:
—  Товарищ Прохоров, звонят из обкома партии! Очень на вас обижаются. Ровно в 16 часов вы должны были явиться туда на совещание о перспективах развития энергосистемы.
Теперь истерзанный директор был разрезан уже не на две, а на три части. Яркая фантазия Маяковского окончательно поблекла перед могучим заседательским азартом новосибирских деятелей.
Поздно вечером в обкоме бодрый завкомовец придумал хитроумный манёвр. Он метнул председательствующему записку и добился, что пленника отпустили хотя бы на время с условием возврата. Говорят, что профсоюзник написал в записке: «Умоляем освободить директора хотя бы на час! На заводе пожар». А председательствующий, прочитав записку, невозмутимо произнёс:
—  Ну,   что ж, так и запишем:   временно   отпустить   товарища Прохорова на завод по случаю пожарного случая.
Когда мы вернулись на завод, сразу помолодевший директор I готов был обнять своих спасителей. Мы все были счастливы. Но
странно, энергичный завкомовец привёл нас почему-то в комнату,
переполненную людьми.
—  Товарищи! — весело сказал он, подойдя к  столу, покрытому красным сукном.— Расширенное заседание завкома продолжается. Слово предоставляется нашему уважаемому директору.
Мы с документальной точностью описали обычный день директора Новосибирского металлургического завода. Навестим его в ночную пору. Вернувшись ночью домой, Прохоров долго бредил во сне, метался в постели и кричал:
—  Отпустите, хочу на завод!
Жена, увидев, что мужа мучают кошмары, разбудила его:
—  Успокойся, милый,  ты  видишь,  у  нас   всё  в  порядке,  всё по-старому. Кстати, у тебя на столе лежат пять повесток на заседания: в горкомхоз, в автобазу, в театр... Явка обязательна.
Юр. ЧАПЛЫГИН

Поделитесь статьей с друзьями

Adsense

Яндекс.Метрика Индекс цитирования