Светское государство. Ответы на вопросы urokiatheisma denga


О чем только не спрашивали крокодильцев участники Дней журналов на ВДНХ СССР! Тут тебе и сахар, точнее, причины его отсутствия, и цены на кооперативные шашлыки, что свирепо урчали на жаровнях у входа на выставку, и мыльная проблема, с удручающей пунктуальностью сменившая проблему зубной пасты... Были вопросы и позаковыристей. Но когда часа через полтора поток записок заметно обмелел и крокодильская команда слегка расслабилась, как раз и пришла самая неожиданная депеша, которую мы вначале восприняли как розыгрыш. Нет, в ней не было ничего о вымывании с магазинных полок дешевых товаров без всякого мыла и прочих моющих средств. Не было и ехидных вопросов. И тем не менее мы этой записке, к своему стыду, не поверили. Вот что в ней было написано:
«Товарищи редколлегия! Я приехал на встречу с вами, принес мой перевод сборника «Крокодилу 60 лет». Хочу поговорить с кем-нибудь из вас о советской сатирической литературе и, главное, о вашем журнале. Не отказывайтесь, пожалуйста. После встречи жду вашего ответа в зале. Стажер МГУ, доцент кафедры русского языка и литературы Нанкинского университета Юй Ичжун».
Заподозрив в авторстве этого сочинения своих коллег, коих в зале было достаточно, мы на всякий случай записку огласили и попросили «переводчика» зайти за кулисы после окончания встречи. И вот он предстал перед изрядно растерянными крокодильцами. Самый настоящий. Без кавычек. Зато с удивительно доброй и чуть смущенной улыбкой. Молодой. Элегантный. Словом, настоящий доцент. Настоящий китаец. Настоящий стажер МГУ. И тут же извлек из сумки толстенькую книжку с до боли родным животным на обложке, декорированной загадочными иероглифами.
Мы пригласили Юй Ичжуна в редакцию. Через неделю эта встреча в кро-кодильской гостиной состоялась к нашему обоюдному удовольствию. Для начала мы узнали, что ничего загадочного в иероглифах на обложке книги нет. Просто это ее название. Иероглиф, обозначающий слово «крокодил», показался нам особенно красивым. Правда, Юй сказал, что все иероглифы красивые, но их в китайском языке так много и запомнить их так сложно, что дети в школе начинают самостоятельно читать только с четвертого класса.
— Одним из моих любимых чтений,— сказал Юй,— были переводы из «Крокодила». Я тогда был еще мальчиком. А теперь у меня самого есть мальчик, и я хочу, чтобы он и его сверстники могли читать произведения из вашего журнала. Юмор сближает народы...
Все это и еще многое другое, весьма приятное для нас и нашей сатирической литературы, написал Юй Ичжун в предисловии к сборнику, который дал возможность китайским читателям познакомиться с произведениями советских писателей-сатириков.
В общем, нанкинский «Крокодил» благодаря стараниям и таланту Юй Ичжуна и всех, кто приложил дружескую руку к его изданию, получился весьма привлекательным. Мы рады, что он вновь заговорил по-китайски, продолжая добрые традиции в отношениях наших народов.
Обо всем этом мы сказали Юй Ич-жуну, который отныне может по праву считать себя почетным крокодильцем. Он застенчиво улыбнулся, но тут же стал серьезным, ибо в это время Владимир Мочалов рисовал его портрет. Л Юй хотел выглядеть на портрете серьезным. Как и полагается доценту, даже если он переводит юмористические сочинения.

aD