Светское государство. Ответы на вопросы urokiatheisma denga

В истории науки и техники немало знаменитых неудач. Некоторые из них так и помнятся — как неудачи, когда поставленную цель достигнуть не удалось. Например, Эйнштейн безрезультатно потратил десятилетия на создание единой теории поля. Но, что менее известно,— и Ньютон, открыв закон всемирного тяготения, принял это как свою тяжелую неудачу. Он пытался построить механику, в которой все математически следовало бы из физически очевидных принципов. Однако, чтобы объяснить движение небесных тел, ему пришлось ввести силы, действующие не при соприкосновении тел, а на сколь угодно большом расстоянии. Сам Галилей отказался от попытки связать океанские приливы с воздействием Луны, считая влияние планет на земные события астрологическим предрассудком, и вдруг Ньютон — не от хорошей жизни, а потому, что иначе не получалось,— вводит это влияние как фундаментальный закон природы!
Неудачи бывали у многих ученых и изобретателей. То задача не решалась, то решение не получало признания, то признанное не использовалось по тем или иным причинам. Циолковский не имел возможности реализовать свои дирижабли; производство истребителя МиГ-3 остановилось во время войны, так как на самолете этом стоял тот же двигатель, что и на более нужном фронту штурмовике Ил-2. Для конструкторского бюро А. И. Микояна и М. И. Гуревича это была ощутимая неудача, но в результате ОКБ освободилось для разработки перспективной техники, понадобившейся после войны. Вполне вероятно, что невозможность реализации «дирижабельных» идей помогла Циолковскому сосредоточиться на перспективах космических полетов.
Так   не   свойство   ли   это   гения — принять    неудачу        как должное и превратить ее в успех?
Неудача сама по себе не делает человека неудачником. Часто она всего лишь служит знаком, что неправильно поставлена конкретная цель или что цель эта в сложившихся условиях недостижима. Май-кельсон, попытавшись обнаружить «эфирный ветер», потерпел неудачу, но она обессмертила его имя. Цель послужила стимулом к постановке этого опыта, но суть оказалась не в ней, а в тех ценностях науки, из которых она возникла,— из общего требования естественных наук: проверять гипотезы опытом. Существование эфирного ветра логически вытекало из принятых физикой конца XIX века представлений об эфире — отсюда и цель Майкельсона.
Фундаментальная ценность для науки — не подтверждение той или иной конкретной гипотезы, но получение научно обоснованного знания. С этой точки зрения убедительное опровержение общепринятой гипотезы не менее, а зачастую даже более, ценно, чем ее подтверждение.
То, что представляется неудачей, неуспехом в достижении частной цели, может иметь огромную ценность для науки в целом. Такая неудача иногда больно ранит того, кто эту цель себе поставил, но чтобы оценить свою работу разумно, важно помнить, что конкретные цели всегда могут оказаться неудачными. Важно не утерять фундаментальные ценностные ориентиры.
В науке базовой ценностью служит накопление знания, а частные цели  нужны для прокладывания маршрута на пути за знанием. В технике нередко тоже решает не создание того или иного устройства, а общий ход технического прогресса. Какие-то вещи, невозможные на одном техническом уровне, оказываются необходимыми на другом. Неудача преждевременных попыток — неизбежная разведка боем, за которую будут благодарны последователи этой идеи. В начале 50-х годов было много попыток создать специализированные вычислительные машины, способные быстро и дешево решать частные, но важные задачи (вычисление коэффициентов Фурье, решение краевых задач и т. д.). Когда появились компактные быстродействующие компьютеры с огромной памятью (с помощью которых стало значительно легче оказывать  бухгалтерские услуги http://elite-expert.kz/o_nas/), специализированные оказались ненужными. Но сегодня техника подошла к физическим пределам быстродействия вычислительных машин. Увеличить их скорость можно лишь объединяя сотни и тысячи процессоров в сложные вычислительные агрегаты. И тут снова пришлось обратиться к идее   специализированных компьютеров, пригодных для решения конкретных классов задач. Идея, привлекавшая внимание на слабом уровне вычислительной техники и отброшенная при повышении этого уровня, опять привлекла внимание на новом витке развития вычислительных средств.
Подобно этому идея создать единую теорию поля оказалась актуальной сегодня, хотя потребовала средств, которыми Эйнштейн не мог располагать. Недавно группа физиков получила Нобелевскую премию за теорию,          объединившую
электромагнитные и слабые взаимодействия.
Как в науке, так и в обычной жизни цели подчинены каким-то основным ценностям. Маркс писал, что труд создает не только товары, но и общественные отношения, т. е. в конечном счете самого человека. Поэтому результат труда нельзя оценивать только по тому, насколько достигается          непосредственная цель затрачиваемых усилий. Важно еще и качество создаваемых общественных отношений. Неудача в достижении конкретной цели может укрепить фундаменталь
ные ценности, послужить на пользу создаваемым общественным отношениям. Честное научное исследование может не привести к немедленному успеху, но оно укрепляет научную традицию, формирует культуру научной работы. А это бывает важнее, чем конкретное достижение, ибо служит фундаментом таких достижений. Честная неудача позволяет уверенно отвергнуть ошибочный путь и тем самым развязать руки для выбора другого пути. В то же время «не вполне законный» успех связывает необходимостью искать для него все новые и новые подтверждения.
Все это не значит, конечно, что следует стремиться к неудачам. Следует лишь подвергать цели тщательной проверке на осуществимость и соответствие фундаментальным ценностям. Действие ради действия — это бессмыслица, толчение воды в ступе. Но неудачи приходят, не будучи запланированными, и (увы!) чаще, чем неожиданный успех.
Трезвое отношение к неудаче, умение разобраться и в ее причинах, и в ее смысле необходимо, чтобы не превратиться в неудачника, чтобы извлечь из нее ту пользу, которую она непременно должна дать. Для этого надо не только видеть конкретные цели, не только правильно их ставить, но и обладать духовной культурой — хорошо ориентироваться в ценностях, которые лежат в основе науки, техники. Когда собственная деятельность рассматривается не как составная часть человеческих устремлений, но как способ выразить, утвердить, продемонстрировать собственную личность, неудачи болезненны. Удовольствие личного успеха как главная ценность становится серьезным препятствием в творчестве.
Г. ИВОЛГИН

"ИиР" N6-1985

aD