Новости

Разоблачая сказки

Сегодня с высоты искушенности современных людей интернетом и информацией черпаемой из него, может быть наивно читать заметки из серии "Письмо в редакцию" о каких-то глупых вопросах. Сейчас более актуально раскрутка сайта продвижение http://seomarket.com.ua/ мощных информационных ресурсов, но данная заметка полезна нашему сайту тем, что показывает как в недавнее безбожное время даже невинные детские сказки вызывали у некоторых людей нездоровые ассоциации и аналогии. Читаем вопрос-ответ из журнала  "Семья и школа" N12-1986

 

Ложь... без обмана
Читая сыну русские волшебные сказки, я вижу в них много роковой лжи: «Сказка ложь, да в ней намек». Воспитательный положительный момент этого намеки и взрослому не понять, не говоря о ребенке. Помогите найти ответ на вопрос, почему сказки считаются мудрыми ч чему хорошему они научат маленького читателя.
К примеру, сказка о Жар-птице и Василисе-царевне.
I. Василиса вошла в палатку к незнакомому мужчине, выпила стакан вина, уснула. Такое поведение молодой девушки нельзя назвать добродетельным, я бы не хотела такой невестки.
2.  Попав к царю, Василиса стала «строить капризы», как говорит мой сын. Посылать за подвенечным платьем на дно морское — это жестоко. Такой урок обрекает девочек на неудачи  в личной  жизни,   на одиночество. Умный мужчина не  станет   выполнять   пустые прихоти. Она же, такая капризная, вышла замуж и живет в мире и согласии. Нереально,
3.  Стрелец пренебрег советом коня и поднял перо жар-птицы.  В жизни  не разбогатеешь находками. Только собственным трудом можно обеспечить семью. Сказка должна учить следовать советам старших.
4.  Все достижения стрельца не являются плодом его ума, а жизнь ежедневно ставит вопросы,  которые  надо решать самостоятельно.
В современной жизни в роли «коня» выступают родители, которые одевают детей в дорогостоящие дефицитные одежды, покупают им магнитофоны, на которые записываются зарубежные исполнители, травмирующие пассажиров и пешеходов беспорядочным набором звуков... Считаю, что инфантильные, бесцельно живущие молодые люди выросли под влиянием сказок. Они не подготовлены к реальностям жизни. Знаю из опыта, что большинство родителей читают сказки, не задумываясь... Я каждую сказку сопровождаю разбором: что такое хорошо и что такое плохо.
Сыну четыре года девять месяцев.
Жду вашего ответа.

Елена Валентиновна
СУХОДОЛОВА
г. Чердынь Пермской области


Рассмотрим сначала конкретные претензии к скачке о Жар-птице и Василисе-царевне, высказанные в письме. Сделаем это, следуя пунктам, выделенным в письме, и не выходя за пределы той повседневной логики, которой руководствовалась читательница в своих оценках сказки.
1. Есть ли в сказке основания для того, чтобы воспринять Василису-царевну как нескромную или беспутную?
Мудрый богатырский конь задумал хитрую ловушку, стрелец-молодец осуществил вероломный замысел. Такие силы против неопытной девушки! И вот на знакомом берегу откуда ни возьмись появляется вдруг палатка с золотой маковкой. Увидала Василиса удивительную палатку.
услыхала любезное приглашение: «Милости просим хлеб-соль откушать, заморских вин испробовать!» — и попалась, бедная, в ловушку. Стала с коварным хозяином есть-пить, веселиться. Да и опьянела, угодила в неволю. Можно ли толковать этот эпизод как обращенный к девушкам призыв вести себя чересчур вольно или неосмотрительно? Пожалуй, это больше похоже на предостережение: вот что случается, когда девушка забывает об осторожности, скромности, добропорядочности.
2.  Изображена  ли   Василиса-царевна капризной?
Автор письма не обратила внимание на такую деталь: не жениха посылает Василиса на дно морское за подвенечным платьем. У царя-жениха она требует: «Пусть тот, кто меня сюда привез, поедет к синю морю...» Девушка не хочет идти за немилого, хоть он и царь, оттягивает свадьбу. Дает возможность тому, кто ей по душе, проявить свою силу, смелость и сноровку, противопоставляя его царю, у которого никаких молодецких; достоинств нет, только власть. Не капризничает царевна, а борется с насильником.И вполне психологически достоверно, что такая девушка в конце концов добивается своего счастья: выходит замуж за любимого и любящего.
3.  Читательнице       показалось,    будто    сказка    может внушить сомнение в справедливости бесспорных истин такого рода: «в жизни  не разбогатеешь находками» и «нужно   следовать   советам   старших».
Вообще говоря, это, наверно, не так уж плохо, если произведение воспитывает способность подвергать сомнению устоявшееся представление (сама Елена Валентиновна, по-видимому, относится именно к тем людям, которые умеют и не боятся сомневаться). Но как раз с названными выше истинами сказка «Жар-птица и Василиса-царевна» не спорит. Скорее, подтверждает их: стрелец пренебрег советом богатырского коня, поднял перо жар-птицы и, как предрекал конь, «горе узнал». И погиб бы, если б не помощь коня. А конь (совсем как старший товарищ) не обиделся на ослушника, не отвернулся от неразумного упрямца, а продолжал помогать ему и советом, и делом.
4.  Еще в письме содержится упрек сказке в том, что учит жить чужим умом. Эта претензия несколько противоречит предыдущей: можно ли одновременно учить послушанию и самостоятельности мышления? Но сказка справляется с этим противоречием: с одной стороны, стрелец не погибает только потому, что безоговорочно принимает советы коня, с другой — то, что советует конь, стрелец делает сам, ни на кого не надеясь и не перекладывая, и проявляет при этом сноровку и смелость. Он и гигантского рака не устрашился, и Василису пленил, и в кипятке не побоялся искупаться. Так что счастье, которое после всех бед и испытаний выпало на его долю, досталось стрельцу не без усилий.
Есть в письме еще одно противоречие, отражающее противоречивость реальной жизни. Читательница настаивает на том, что дети должны «следовать советам старших», и в то же время утверждает: «В современной жизни в роли «коня» выступают родители», которые плохо воспитывают детей. Вспомним народные сказки. Почти все они учат слушаться и почитать родителей. Даже в таких, как «Дочь-семилетка», ребенок, превзошедший мудростью отца, относится к родителю с почтением и любовью. Но сказка ли виновата в том, что из иных детей, которые следуют советам старших, вырастают «инфантильные, бесцельно живущие молодые люди»?
Итак, мы убедились в том, что высказанные читательницей оценки тех или иных эпизодов сказки ошибочны.
Усматривая в народных волшебных сказках много лжи, автор письма сомневается в том, что они могут научить чему-то хорошему маленького читателя. Сказку нелепо обвинять во лжи, ведь она не обманывает. Она никогда не выдает себя за правду. Сказка — это откровенная выдумка. Для одних -- забавная, увлекательная, поучительная, для других — пустая, скучная. Но ни для кого не обман — ни для взрослых, ни для детей. Сказка — как игра. Она может захватить надолго и целиком. Однако здоровый ребенок всегда различает, где игра, а где обыденная жизнь. Опасность сказки не в том, что она обманывает. Она может травмировать психику малыша именно правдой, если эта правда о том, чего ребенку еще не понять. И вред окажется тем большим, чем старательнее взрослый станет сказку растолковывать.
Подходя к сказке по-житейски, Елена Валентиновна не обращает внимания на сказочные чудеса, как будто не замечает или «прощает» их. Она оценивает характеры, поступки, взаимоотношения Василисы-царевны, стрельца-молодца, царя и даже говорящего коня так, будто это реальные фигуры: какой пример они подают детям? При таком рационалистическом, прагматическом подходе, конечно, нельзя понять, в чем же смысл «урока», заключенного в сказке, и чем сказочная «ложь» привлекает и в детстве, и в зрелости, и в старости многие поколения.
D связи с этим вспоминается сказка Екатерины Борисовой «Счастливый конец». В ней действует тетушка, которая боится сказок и ненавидит их. Она ни за что не хочет передавать своей племяннице по имени Веснушка подарок, присланный девочке отцом,— книжку волшебных сказок. Ночью к тетушке приходит Бессонница. Между нею и тетушкой происходит такой разговор о книжке (привожу его с сокращениями).
«— А ты их знаешь, эти сказки? — спросила тетушка.— Вот, например, сказка про Золушку: кто она, эта Золушка? Ловкая девица, которая пробралась без билета на бал, сделала вид, что потеряла туфельку, сбила с толку принца и под конец женила его на себе! Это вредная сказка. Она учит лжи, изворотливости, непослушанию!
-   Кому ж придет в голову так   дурно    истолковать   эту прекрасную сказку?!
—  Мне же пришло! — торжествующе    заявила    тетушка.— Может прийти и Веснушке.
—   Не   думаю,—   покачала головой Бессонница.
—   Но тогда может случиться нечто худшее!
-   Что может быть хуже?
—   А то, что Веснушка поверит во все эти чудеса! Ведь и  ты,  и   я,  и  все   наши   соседи  знают, что самое большее, во что может превратиться тыква,— это в тыквенную кашу! Волшебных палочек не бывает на свете, Золушки остаются Золушками, а замуж за принцев выходят девушки  из почтенных и зажиточных семейств! Установленные порядки не должны меняться! Это повлекло бы за собой  ужасные последствия!»
Достается от тетушки и Мальчику с пальчик:
«— Ведь это же настоящий разбойник! Он только и делал, что хитрил, обкручивал старших вокруг1 пальца и под конец оставил их в дураках!
—   Но  ведь  старшие  были людоеды!
—  Тем более! — веско возразила   тетушка.—   Послушание  —  вот основа  порядка.»
Подобный тип воспитательницы был еще в 1866 году осужден Иваном Сергеевичем Тургеневым. В предисловии к сборнику переведенных им сказок Шарля Перро он упоминает о наставнице, которая тщательно следила за тем, чтобы ни один ложный факт не водворился в юной головке воспитанницы. По этому поводу писатель замечает: «Нам кажется весьма трудным и едва ли полезным до поры до времени изгонять все волшебное и чудесное, оставлять молодое воображение без пищи, заменять сказку рассказом. Учитель, бесспорно, нужен ребенку, да и нянька ему нужна».
Как заметил известный советский исследователь фольклора В. Я. Пропп: «...в понимании и оценке сказки нами руководит поэтическое чутье». Развивая свою мысль, В. Я. Пропп предупреждает: «Поэтическое чутье совершенно необходимо для понимания сказки и не только сказки, но любых произведений словесного искусства...»
Педагоги, критики, литературоведы, которые пытались оценивать сказку рассудочно, логически, не доверяя поэтическому чутью или не обладая им, не замечали ее обаяния, красоты, педагогической силы. Такие люди пугались сказки, пугали ею других и требовали изъять ее из детского чтения (рассказу об этом посвящена глава «Борьба за сказку» в знаменитой книге К. И. Чуковского «От двух до пяти»). За сказку боролись выдающиеся представители отечественной культуры: А. С. Пушкин, В. А. Жуковский, В. Г. Белинский, Н. К. Крупская, А. М. Горький, А. С. Макаренко, К. И. Чуковский, С. Я. Маршак — те, у кого абсолютный поэтический слух сочетался с незаурядным педагогическим даром. В наше время сказка заняла свое законное место в ряду других уважаемых литературных жанров, составляющих чтение взрослых и детей.
Но тем не менее в некоторых случаях сказка может оказывать на ребенка вредное
воздействие, если, скажем, не соответствует возрасту детей. Те же фольклорные сказки создавались не для детей. Автор исследования «Русская народная сказка» Н. М. Ведерникова приводит такие сведения: «Народные сказки вплоть до XVIII в. были широко распространены во всех слоях русского общества. Иноземные путешественники... дивятся обычаю русских на свадьбах и пирах развлекать гостей «сказками с прибаутками», «благопристойными» сказками и «срамными». Выбор сказки «Жар-птица и Василиса-царевна», о которой пишет Е. В. Суходолова, действительно не самый удачный для чтения малышу.
«Жар-птица и Василиса-царевна» впервые была опубликована более ста лет назад в знаменитом сборнике А. Н. Афанасьева. Это был многотомный научный сборник. В него включались народные сказки в том виде, в каком они были записаны собирателями со слов сказителей. «Тут будет уместным заметить, что свой полный свод сказок Афанасьев никогда не считал годным для детского чтения,— пишет во вступительной статье к книге «Народные русские сказки» известный ученый В. П. Аникин (эта книга в 1979 и 1°82 годах выходила во «взрослом» издательстве «Художественная литература»).— Сказки, в него включенные, сохраняли особенности местных говоров, подробности, которые могли ранить детскую душу преждевременным знанием действительности».
Документально записанные варианты народных сказок представляют собой большую ценность для специалистов, знатоков старины, любителей фольклора и живой народной речи. Но ребенку нужнее те сказки, которые обработаны мастерами слова — писателями. И это мы должны учитывать, решая, что читать детям.
Вот почему взрослые должны внимательно отбирать сказки для детского чтения. Здесь родителям помогают издательства: на детских книгах обычно указывается возраст предполагаемого читателя. Можно воспользоваться также советом воспитателя детского сада, учителя и работника детской библиотеки.


Вадим ЛЕНИН. кандидат     психологических наук

г. Харьков

Поделитесь статьей с друзьями

Яндекс.Метрика Индекс цитирования