Новости

Mercante (купец)

В 1348 или 1349 году молодой мессир Франческо Датини получил в наследство небольшой клочок земли в городе Прато недалеко от Флоренции. Родители его умерли от чумы. Он продал землю и на вырученные деньги открыл свое дело в папском городе Авиньоне. Там он разбогател на импорте из Италии шелка, пряностей, оружия и доспехов. Со временем он смог перенести свое дело также во Флоренцию, а затем и в Пизу, Геную, Барселону, Валенсию, на Майорку и Ибизу. Особенно силен он был в торговле шерстью и покупал овечью шерсть прямо у скотоводов в Англии, Испании и на Балеарс-ких островах. Сидя за конторкой во Флоренции, он контролировал также возведение изумительного палаццо в Prato (золочение лепнины http://www.vipdeco.ru/portfolio/zolochenie) и управлял своим поместьем у подножья Аппенин. Палаццо, сохранившийся до сих пор, имел внутренний дворик с ар-кэдами и был украшен мраморным фронтоном. Там всем управляли его жена Мона Маргарита, которой помогала его незаконнорожденная дочь Джи-невра. В доме был огромный штат прислуги, включая и рабов. Его оживляла непрерывная череда посыльных и обозов на мулах. Когда же 16 августа 1410 г. мессир Франческо умер от желчных камней, не оставив наследника, его имение, бумаги и громадное состояние в 70000 золотых флоринов отошло по завещанию бедным людям города Прато. Над дверью была сделана надпись:
Дом призрения Франческо, сына Марко
Купца Христовых нищих За которых отвечает коммуна
Прато. Завещано в год 1410 г.
В завещании Франческо предусматривалось также отпустить на свободу рабов, простить всем долги и выплатить суммы в возмещение доходов от ростовщичества. В архиве Датини осталось 150 000 писем, 500 гроссбухов, 400 страховых полисов и 300 актов о партнерстве. Все это наглядно демонстрирует нам, как именно мессир Франческо, обращая пристальное внимание на детали, держал руку на пульсе многонациональных операций по всему миру. Эти документы — единственное в своем роде изображение деятельности средневековой компании и домашнего хозяйства. Вот, например, типичный переводный вексель (тратта):
«Во имя Бога, 12 февраля 1399 г. Заплатить при usance [usance (фин.) — установленный торговым обычаем срок между доставкой товара и оплатой. Между Флоренцией и Барселоной он составлял 20 дней.] по этому первому векселю Джо-ванни Аспэрадо (306 фунтов 13 шиллингов 4 пенса) Barcelonesi за 400 флоринов, полученных здесь от Бартоломее Гарцони по 15 шиллингов 4 пенса за флорин. Заплатить и записать на наш счет там и ответить письмом. Да хранит вас Бог. Франческо и Андреа приветствуют вас из Барселоны. Получено марта 13. Записано в Красной книге 8, f 97».
При помощи таких операций по Европе беспрепятственно передвигались деньги и кредиты. И все-таки мессир Франческо был очень озабочен: «Вчера я видел во сне, как дом
разваливается на куски... и это заставило меня задуматься. Потому что до сих пор нет известий о галере, вышедшей из Венеции более двух месяцев назад в Каталонию. Я застраховал ее на 300 флоринов... но я так измучен... Чем больше я разыскиваю, тем меньше я нахожу. Одному Богу ведомо, что будет». [Франческо Марагрите 9 апреля 1395].
Как утверждает Бродель, мир Mercante a tagiio, или Fernhandter, «богатого и влиятельного купца с широкими торговыми связями», следует восстанавливать по самым маленьким сделкам и напряженной конкуренции, по экономике местного рынка. Именно они были пионерами капитализма. Благодаря их необыкновенной смекалке и имевшимся у них на руках наличным деньгам они могли избежать действия законов рыночной конкуренции. Занимаясь исключительно сделками, обещавшими большую выгоду, эта «маленькая группа больших купцов» получала громадные доходы: «С самого начала [они] перешагнули национальные границы... [Они] знали тысячи способов повернуть все в свою пользу: манипуляции кредитом и выгодный обмен хороших денег на плохие... Они хватали все, что стоило схватить: землю, недвижимость, ренту».
В общем, капиталисты не специализировались и не финансировали мануфактуру. Они быстро вкладывали свои деньги туда, где были наибольшие возможности их увеличить. Ростовщичество было одной из сфер, в которой они концент-рировали свое внимание. «Но их успех никогда не бывал продолжительным, казалось, будто экономическая система не могла предоставить достаточно «пищи» для столь высокой точки развития экономики». С XIV века и далее все сливки с экономики Европы снимали видные капиталисты из древних семей Барди, Медичи, Фугге-ров, Неккеров и Ротшильдов.
Любой успех, так же как и любая неудача капиталистов, целиком и полностью зависел от европейской экономики. В XV веке основой для возрождения экономической жизни была го
родская торговля. В XVI веке, с развитием трансатлантической торговли, финансово-экономические центры переместились в международные ярмарки в Антверпене, Франкфурте, Лионе и Пьяченца. XVII век, хотя его часто описывают как время стагнации, был свидетелем "фантастического расцвета Амстердама». В общем экономическом ускорении XVIII века, когда на место Амстердама встает Лондон, неконтролируемый частный рынок действует эффективнее, чем регулируе-
мый государственный рынок. Наконец «только финансовый капитализм преуспевает... после 1830-1860 гг., когда банки захватывают и промышленность и торговлю, и когда общая экономика может уже постоянно поддерживать эту систему".
Примерно в это время, в 1870 г., книги мессира Франческо были найдены в куче под лестницей в его доме в Прато. Внутри каждой книги можно было увидеть его девиз: «Во имя Бога и Дохода".

Поделитесь статьей с друзьями

Яндекс.Метрика Индекс цитирования